Institute for War and Peace Reporting | Giving Voice, Driving Change

ТУРКМЕНСКИЕ ЖЕНЩИНЫ ВОВЛЕКАЮТСЯ В ТОРГОВЛЮ

Нищета и легкая доступность героина привели многих женщин к торговле наркотиками.
By IWPR staff

«К торговле наркотиками меня привлекла подруга», вспоминает Зохра, жительница столицы Туркменистана Ашхабада, отсидевшая в тюрьме год за торговлю наркотиками.


«Ей было жалко мою семью. Нам практически нечего было есть. Муж не работал уже год, а у нас четверо детей. Тогда она предложила мне «работу».


Длинная и плохо защищенная граница с Афганистаном, где производится самое большое количество героина в мире, позволяет перевозить наркотики транзитом через Туркменистан в северном направлении, в Россию и дальше в Европу. Страна не в состоянии обезопасить себя от нашествия торговцев наркотиками.


После того, как усилиями коалиционных сил под руководством США, в конце 2001 года, пал режим Талибан, в Афганистане возобновилось выращивание мака. В период правления Талибан был введен запрет на посевы мака, но после падения режима последовал рост экспорта героина из Афганистана. Кроме того, увеличился объем сырой продукции, перерабатываемой в героин на месте, в самом Афганистане. Соответственно, стало намного легче укрывать и транспортировать товар.


Как и в других транзитных странах, в Туркменистане увеличилось число наркоманов вследствие расширения сети контрабанды наркотиков и их доступности почти по оптовым ценам. Данная проблема осложняется бедностью населения. Многие стали потреблять или продавать наркотики с целью изменить свою жизнь.


В Ашхабаде существует также очевидная связь между использованием сильнодействующих наркотиков и проституцией. Многие проститутки предпочитают получать оплату наркотиками, а не наличными.


В беседах с женщинами IWPR выяснил, что в этом традиционно консервативном обществе очень многие из них начинают участвовать в торговле наркотиками для того, чтобы накормить и одеть свои семьи. Другие попадают в эту систему посредством близких родственников, которые пользуются или торгуют наркотиками.


Какова бы ни была причина их участия в незаконной деятельности, все они рискуют закончить отбыванием длительных сроков в одной из тюрем строгого режима в Туркменистане.


Зохра объяснила, как она была введена в торговлю наркотиками неким посредником. «Какой-то мужчина принес товар, а вечером вернулся за деньгами. Я не знала ни его имени, ни адреса, ни телефона. Я никак не могла связаться с ним».


«Они и клиентов находили. У них там все было схвачено».


Казалось, была предусмотрена и опасность быть пойманными. «Участковый полицейский тоже был в курсе дела. Раз в неделю я отдавала ему определенную сумму денег по указанию незнакомого посредника», говорит Зохра.


Аналогичная история и у Назсолтан, молодой женщины, которая вышла из тюрьмы в 2004 году по амнистии. «У меня трое маленьких детей, муж три года назад потерял работу и от безнадежности и отчаяния запил. Работать мне идти некуда, я без образования».


«Знакомые предложили торговать наркотиками и иметь проценты с оборота», продолжила она. «Я подсчитала и решила, что этих денег мне хватит на содержание семьи, и рискнула».


Есть категория людей, для которых наркобизнес это попытка обеспечить партнеров-наркоманов. «Если им каждый день не покупать дозу, они из дома все вынесут и за копейки продадут», говорит Айна, осужденная за распространение наркотических средств и амнистированная в декабре 2004 года.


«У меня дети и пожилые родители. Вот я и решила, что лучше сама буду торговать, тогда и на дозу мужу и на питание для семьи заработаю. Об уголовном наказании в то время даже не задумывалась», продолжает Айна.


«К чему мы идем», вопрошает Юсуп-ага, пенсионер, который наслушался подобных рассказов от своих односельчан. «В семье, чаще всего, и отец и сын - наркоманы, а мать днем продает наркотики, а вечером приносит, купленную на вырученные деньги, дозу мужу, а может быть и сыну».


Даже, когда женщины сами не вовлечены в торговлю наркотиками или их использование, они часто берут вину на себя, если мужа схватят. Объяснение простое: наказание для женщины бывает гораздо мягче.


«Мой сосед занимается торговлей наркотиками, и об этом знают все в нашем районе. Приходят покупать «дурь» прямо к ним домой», говорит пенсионер, живущий в окрестностях Ашхабада. Как и многие другие собеседники IWPR, он не захотел назвать своего имени.


«Сосед неоднократно говорил, что если вдруг возникнут проблемы, то его жена возьмет вину на себя. У них трое маленьких детей и закон будет к ней менее строг. Вот только я не знаю, что думает по этому поводу его жена», говорит он.


В таких случаях у женщин обычно нет большого выбора не только потому, что туркменские женщины должны подчиняться своим мужьям, но еще и потому, что торгующий наркотиками муж содержит семью, а если он попадет в тюрьму, семья останется без средств к существованию.


Женщины обычно надеются на амнистию, о которой правительство каждый год объявляет в конце мусульманского месяца рамадан. Около 10 тысяч заключенных по амнистии выходят на свободу, включая осужденных за торговлю наркотиками, кражу и другие тяжкие преступления.


Однако, если даже такой расчет окажется правильным, любой срок, проведенный в одной из тюрем Туркменистана, наложит тяжелый отпечаток на личность заключенного. Женские тюрьмы в Туркменистане немного лучше мужских, но условия в них все-таки очень тяжелые.


В женской колонии недалеко от города Ташауза на севере страны, более или менее состоятельные заключенные могут купить себе место в сравнительно удобной камере, большинство же вынуждено проводить срок в обычных камерах, в которых зимой сквозняк, а летом 40-градусная духота.


Заключенных кормят похлебкой, приготовленной из корма для скота. Они также рискуют подхватить туберкулез или дизентерию, что особенно опасно, учитывая отсутствие в тюрьмах медицинского обслуживания.


«Мне пришлось сидеть пять месяцев в общей камере», вспоминает бывшая торговка наркотиками Гозель. «Когда одной из сокамерниц с передачей приносили хлеб, для нас это был праздник потому, что в похлебке, которую нам давали, не было даже вермишели. Такую еду не едят даже свиньи».


Сама Гозель никаких передач не получала. «Мой муж продал из дома все, чтобы удовлетворить потребность в наркотиках. Я была единственным кормильцем и, пока я сидела в тюрьме, моя семья жила впроголодь», говорит Гозель.


Как и большинство других туркменских женщин, отбывших наказание за торговлю наркотиками, Гозель может опять вернуться туда.


«Вот я уже несколько месяцев дома и понимаю, что мне не остается ничего другого, как продолжить заниматься торговлей героином потому, что по-другому заработать на пропитание я не в силах», говорит Гозель.


«Я понимаю, что меня, возможно, ожидает снова тюрьма, но ради детей я готова пожертвовать годом своей жизни».