Interview

Александр Шустов: Российско-узбекские отношения будут определяться позицией Ташкента

Александр Шустов, ведущий эксперт из российского центра стратегических исследований, в интервью NBCentralAsia говорит о перспективах отношений Москвы и Ташкента - на фоне активизации связей США и Узбекистана, выхода этой страны из ОДКБ и поддержи Кремлем строительства ГЭС в Кыргызстане и Таджикистане, что явно раздражает Ташкент.

NBCA: В последнее время все чаще говорят о смене внешнеполитического вектора Узбекистана в западном направлении. Особенно это стало заметным после выхода страны из Организации договора о коллективной безопасности. С чем, на ваш взгляд, связан такой разворот ?

Александр Шустов: Большинство аналитиков сходятся в том, что Узбекистан получил от США гарантии военной и политической безопасности. Иначе трудно объяснить его решение выйти из ОДКБ в условиях, когда США к 2014 году планируют свернуть или же существенно сократить свое военное присутствие в Афганистане. 

Откат внешнеполитического курса Узбекистана от России начался давно. В 2008-2009 годах, Ташкент осторожно прощупывал почву на предмет восстановления отношений с западными державами, испорченными после андижанских событий 2005 года. К слову, портить эти отношения западные элиты отнюдь не хотели, поскольку были заинтересованы в использовании территории Узбекистана для ведения военных действий в Афганистане. Они были вынуждены сделать это под давлением общественного мнения и средств массовой информации.

NBCA: Принятая внешнеполитическая концепция Узбекистана подразумевает сохранение нейтралитета в случае военных конфликтов. Министр иностранных дел Абдулазиз Камилов заявил, что открытие военной базы США в Узбекистане не планируется, вместе с тем не исключил появление некоего координационного штаба с участием американских специалистов. Можно ли говорить, что таким образом под нейтральными формулировками власти хотят скрыть факт наращивания западного военного присутствия?

Шустов: Ясности с тем, появится ли на территории Узбекистана военная база США, до сих пор нет. И американские, и узбекистанские власти такую возможность отвергают. С другой стороны, действия Вашингтона по активному налаживанию контактов с Ташкентом, включая военную составляющую, хорошо вписываются именно в эту логику. Зачем, иначе, оставлять Узбекистану большое количество вооружений и военной техники, которую США будут выводить из Афганистана? И какую цель преследовал недавний визит в Ташкент 17 высокопоставленных американских генералов и адмиралов? [прим. в октябре 2012]

Не исключено, что военные объекты США в Узбекистане появятся, но называться они будут не базами, а транзитными центрами, координационными штабами или чем-то подобным. Многое будет зависеть от того, удастся ли американцам сохранить присутствие в кыргызском «Манасе» [прим. Центр транзитных перевозок, для снабжения коалиционных войск в Афганистане]. Новое руководство Кыргызстана подтвердило свои планы вывести базу США к 2014 году, американцы же заявили о стремлении эту базу сохранить. Если сохранить ее не удастся, то американцам для базы придется подыскивать другое место.

NBCA: Во время визита в Кыргызстан в сентябре этого года российский президент Владимир Путин поддержал строительство гидроэлектростанции Камбарата-2 и договорился об открытие военной базы в Кыргызстане, что явно не импонирует официальному Ташкенту. Россия в споре с Узбекистаном будет разыгрывать кыргызскую карту?

Шустов: Об открытии российской военной базы Путин не договаривался. Была лишь достигнута договоренность о создании объединенной военной базы, которая будет сформирована путем объединения в ее составе четырех российских военных объектов, давно существующих в Кыргызстане. Никакой антиузбекской направленности эти военные объекты не имеют, они предназначены для обеспечения безопасности самой Кыргызской Республики и прикрытия южного фланга ОДКБ. 

Вопрос о строительстве крупных ГЭС более сложен. Вода для Центральной Азии уже сегодня значит едва ли не больше, чем нефть и газ. Если от участия в этих проектах Россия дистанцируется, ее место займут другие игроки – Китай, Иран, Индия, располагающие соответствующими ресурсами. По поводу возможности использования ГЭС в качестве инструмента давления на Узбекистан – на итоговой пресс-конференции по время визита в Бишкек Владимир Путин предложил принять участие в этих проектах, включая управление ими, всем заинтересованным сторонам. Возможность давления такая форма участия исключает.

NBCA: Как, по-вашему, в дальнейшем будут развиваться отношения Ташкента и Москвы?

Шустов: Российско-узбекское сотрудничество во многом будет определяться позицией самого Ташкента, развитием его отношений с США и НАТО. Позиция России и ОДКБ заключается в том, чтобы не разрывать отношения с Узбекистаном. Более того, в случае изменения внешнеполитического курса Ташкента мы вновь хотели бы видеть его в ОДКБ. То же самое касается сферы экономических отношений – насильно выталкивать Узбекистан из экономического пространства СНГ никто не собирается. Более того, Москва заинтересована и в экономической интеграции, и вхождение Ташкента в зону свободной торговли будет только приветствоваться.

Данная статья была подготовлена в рамках проекта «Новостная сводка Центральной Азии», финансируемого фондом National Endowment for Democracy.

Если у вас есть комментарии или вы хотите задать вопрос по этому материалу, вы можете направить письмо нашей редакторской команде по Центральной Азии на адрес feedback.ca@iwpr.net.